Вебинар 22 апреля 2015 15:00

Банки Великобритании требуют от российских клиентов банков раскрытия источника происхождения средств

По недавним сообщениям СМИ, банки Великобритании начали присылать россиянам, у которых есть счета в таких банках, т.н. "письма счастья": письма, в которых клиентам предлагается обосновать происхождение средств, которые они держат на счетах. Что это: общая тенденция или частный случай. Разобраться в этом поможет комментарий наших экспертов
 

Расшифровка стенограммы вебинара

Александр Алексеев, управляющий партнер GSL Law & Consulting (А.А.)
&
Юлия Сахарова, налоговый консультант GSL Law & Consulting (Ю.С.)
 
Ю.С.: Добрый день. Мы продолжаем серию наших вебинаров по актуальным вопросам офшорной индустрии. Наш сегодняшний вебинар мы посвящаем так называемым «письмам счастья». 

А.А.: Не только мы их так называем. Это устойчиво вошло в обиход после того случая, с которого мы сегодня начнем. Поэтому вполне мы можем их так называть. Позже мы дадим им определение.

Ю.С.: Эти письма, в которых зарубежные банки просят в данном случае россиян (возможно не только россиян) обосновать происхождение средств, которые они хранят на зарубежных счетах. Сегодня с нами управляющий партнер Александр Алексеев, который раскроет нам эту тему. Его опыт общения с банками насчитывает уже 20 лет.


А.А.: Здравствуйте.

Ю.С.: Первый вопрос. Что это за письма? Кому они приходят? Что мы об этом знаем?


А.А.: Этот термин был введен в оборот примерно месяц назад, когда на встрече с нашим президентом присутствовал руководитель Федеральной службы по финансовому мониторингу Юрий Чиханчин. Чиханчин сказал, что российские вкладчики зарубежных банков стали получать «письма счастья», которые, как он считает, появились неспроста. Они направлены именно на создание неудобств для российских вкладчиков за рубежом. СМИ подхватили эту тему и представили в качестве дополнения историю с Евгением Чичваркиным, который в январе опубликовал пост о том, как ему пришло такое письмо. В принципе, информация в СМИ преподнесена верно. Может быть, интерпретация этих фактов несколько иная. Интерпретация российскими СМИ такая, что все ужасно. Но подобные письма идут уже давно, и это обычная практика. Это практика не только банков, но как юридических, так и аудиторских фирм. Они направляют эти письма для того, чтобы соответствовать двум главным критериям, которые им ставит как требование их местный регулятор.

          Что это за критерии? Во-первых, это KYC (Знай своего клиента), то есть идентификация бенефициара. Во-вторых, нужно иметь понимание об источнике происхождения средств этого бенефициара. На эти вопросы требовалось отвечать в основном банкам, а само это требование появилось чуть ли не с начала 90-х годов, когда появились 40 рекомендаций ФАТФ. Дальше эти рекомендации постепенно вводились в национальное законодательство всех государств-членов ООН. Эта процедура шла неравномерно. Эффект массовости это начало приобретать может быть в начале 2000-х годов. Трактуя эти интерпретации по-разному, требовательность со стороны банков была разная. Где-то при открытии счета сразу задали много вопросов, и таким образом письма счастья были не нужны. А там, где в свое время не уделили должного внимания вопросу due diligence, возникали дополнительные вопросы. Кроме того в последние несколько лет была тенденция к достижению регулярности этих запросов. По нашему опыту мы как  лицензированный агент на БВО должны хранить помимо информации о бенефициаре, еще и информацию об источнике происхождения средств. Поэтому мы тоже рассылаем эти «письма счастья». К счастью, большинство наших клиентов трактует это не так ужасно. Это обычная анкета.

          Также эти письма возникают тогда, когда у клиента меняется статус. Допустим, клиент был бизнесменом –– это один статус, это одна группа риска. Затем этот же бизнесмен стал чиновником или топ-менеджером государственной компании, или у него было серьезное судебное дело –– все это отражается в международных базах данных. Существует система «World Check». С этой системой работает не только мы, но и практически весь мир.

          Чичваркин, будучи резидентом Великобритании, открыл счет как резидент Великобритании. А тут какой-нибудь compliance officer «HSBC», регулярно проверяя своих клиентов, обнаружил его в системе «World Check»и идентифицировал как РЕР’а. И для того чтобы сохранить его как своего клиента, банк должен провести эту процедуру и получить объяснения. Как результат всего этого ему пришло «письмо счастья», которое в общем-то является типовым, но почему-то он столкнулся с этим в первый раз. Может быть, это говорит о том, что у него не такой широкий опыт работы с банками. Те, кто 10 лет работает со офшорами, давно получают подобные письма в том или ином виде. Иногда эти письма могут приходить и в устном виде. Тогда это вообще не вызывает проблем и сомнений, особенно когда перед тобой сидит интеллигентный швейцарский банкир, который живет в России уже 20 лет, и знает, как вести комфортный диалог. Поэтому вы можете даже не понять, что в данном случае он вам посылает устное «письмо счастья».

          Есть, конечно, и неадекватный комплаенс. В связи с ужесточением стандартов комплаенс по всему миру, число таких неадекватных случаев растет, потому что адекватных experienced compliance officers на всех не хватает, а сейчас всем их нужно нанять. В частности на Кипре, когда там появился в 2013-ом году новый закон о лицензировании агентов, к середине 2103-го года все желающие продолжить заниматься этим видом деятельности подали заявление на получение лицензии. Условием получение этой лицензии было наличие в штате compliance officer. Ввиду нехватки кадров берут того, кто есть. А «кто есть» могут быть не совсем адекватны и вести диалог относительно пугающим образом.

          Главный вывод, который я хочу сейчас сделать, заключается в следующем:
  1. Не надо пугаться;
  2. Это всегда было;
  3. Сейчас это стало строже.
          Конечно, в этом разговоре невозможно обойти стороной санкционный список. Но я хочу отметить, что Россия всегда была high risk country.

Ю.С.: Как на это реагировать? Требуют ли банки помимо письменного или устного ответа на вопрос какие-либо доказательства?


А.А.: Это всегда вопрос интерпретации конкретным банком тех норм, которые едины и которые базируются на 40 рекомендациях ФАТФ. Эти нормы внедрены в национальное законодательство практически всех стран. Они есть и в российском законодательстве. Наш закон о борьбе с отмыванием денег, который был внедрен в 2003-ем году, по сути, является выражением этих 40 рекомендаций ФАТФ в нашем законодательстве. Но каждый банк трактует это по-своему. Между прочим, русские банки тоже должны трактовать его правильным образом. Однако запрашивать бенефициара они стали только 1,5 года назад, несмотря на то, что закон о борьбе с отмыванием, которые базируется на 40 рекомендациях ФАТФ, был принят в 2003-ем году.

          Итак, нужно ли представлять какие-либо доказательства? Это зависит от конкретной позиции банка. Одни банкиры могут сказать, что им достаточно устных комментариев. Киприоты –– это «бумажные люди». Они, как правило, требуют документарные доказательств. Иногда бумажные доказательства проще собрать, нежели представить адекватную бизнес-легенду. Также это зависит от статуса клиента. Если клиент имеет статус high risk, то просто due diligence недостаточно. Требуется enhance due diligence (усиленный).

          Что такое обычный due diligence? Собственно говоря, обычный due diligence не вызывает отрицательных эмоций у клиента, потому что нужно предоставить паспорт, который мы очно заверяем. О том, чем клиент занимается, и где он работает географически, нам понятно из первичного консультирования его схемы. Больше нам особо ничего не нужно. Если мы говорим про enhance due diligence, то я не могу сказать, что будет с точки зрения зарубежного комплаенса исчерпывающим пакетом документов. Это может быть как минимуму, например, банковская рекомендация или рекомендация юриста. В данном случае уже не наша, а какая-то дополнительная. Потом это Source of funds declaration –– документ, который надо заполнить более серьезно, указать там какие-то цифры. Эти цифры хорошо было бы подтвердить.  Самый простой вариант –– это справка с работы о зарплате, то есть  форма 2-НДФЛ или налоговая декларация. Более того есть банки, я таких знаю немного, которые принимают только налоговую декларацию и ничего другого. Если ты этого не предоставишь, то тебе счет не откроют.  

          Вообще, все зависит от человека. Если это действующий министр страны, то я вообще не представляю, что может быть подтверждением того, что источник происхождения средств легальный. Могу сказать, что 97% клиентов могут спать спокойно. Они все medium risk. Всегда проблемы начинаются с РЕР’ами. Чичваркин, конечно, не связан с политикой, но он публичная фигура. Может быть, поэтому он и получил high risk status, и я не знаю, какие документы с него спросили. Это также зависит и от банка. Если это расчетный банк, то будет один подход, а если это сберегательный банк, то подход будет другой. Некоторые банки могут настаивать на определенном перечне документов, которые для нас, граждан России, могут быть неподъемными. Например, в качестве документа, подтверждающего адрес, могут требовать именно utility bill и ничего другого (даже штамп прописки в паспорте не подходит). За границей utility bill легко достать. Там это стандартный инструмент, а для России все не так просто. Хотя я помню случаи, когда мы ходили с квитанциями о вывозе мусора в английское посольство, и просили их ее заверить. Такое тоже бывало.

Ю.Л.: Возникает следующие вопросы: «Какие могут быть последствия, если человек отказывается отвечать на эти вопросы?» и «Может ли клиент в результате ответа на эти вопросы попасть из
medium risk в high risk?».

А.А.: Начну отвечать на второй вопрос. В результате ответа на эти вопросы изменение статуса, как правило, не происходит. Статус клиент банк определяет на основе независимых источников, которые в 80% случаев являются системой «World Check», которая принадлежит известнейшей корпорации «Thomson Reuters», основанной 150 лет назад. Основатель этой компании сделал свои деньги на торговле информацией. «World Check» –– это, по сути, торговля информацией. Эта система  анализирует информацию в открытых источниках на всех языках, включая русский, китайский и прочие. Все это переводится на английский язык для удобства комплаенс офицеров всего мира. В этой базе данных указывается и статус клиента. Поэтому в процессе задания вопросов вряд ли статус будет меняться.

          А теперь ответим на вопрос касательно отказа ответа. Здесь все просто –– прекращение сотрудничества. Если резко и решительно отказать в предоставлении какого-либо ответа, то тут никакой банк иначе не поступит. Может быть, раньше, получив не совсем исчерпывающий ответ, банк мог заморозить эту ситуацию, но сейчас такое менее возможно. Как правило, банки стремятся получить тот вариант ответа, который они считают допустимым. Но как я уже говорил, у всех банков разные требования, и поэтому все банки на рынке находят свое место. В одном банке клиенту отказывали в открытии счета, а в другом банке этому же клиенту с абсолютно идентичным комплектом документов счет открывают. Это значит, что одни и те же ответы один банк устроили, а другой банк нет. Если ты ненадлежащим образом ответишь на вопросы банка уже в процессе работы, то тебе так же скажут «до свидания».

          В принципе, это делается не ради досужего интереса. Банки очень сильно рискуют, если их due diligence недостаточен, и подтверждением этому является сумасшедшие штрафы. Например, «BNP Paribas», «UBS», «HSBC» и прочие крупные банки получали огромные штрафы, в том числе и за низкий уровень due diligence. Конечно, в большинстве случаев имело место участие банков в схемах по сокрытию средств от налогов. В этом отношении Америка истребует в судах особенно большие деньги.

          Мы все время говорили только про банки, но «письма счастья» идут не только от банков. Эти письма точно так же поступают от юристов, регистраторов и аудиторов –– им тоже нужно иметь этот профайл. Вообще говоря, есть перечень субъектов, которые обязаны эти вопросы задавать. Чтобы не замыкаться нашей индустрией, я могу сказать, что эти же вопросы задают риелторы, торговцы драгоценными камнями, нотариусы и брокеры. Я хотел бы еще сказать, насколько это может иметь серьезные последствия для этих субъектов, в том числе и зарегистрированных агентов на БВО. Зайдите на сайт BVI FSC, сайт регулятора на Британских Виргинских островах, который следит за соблюдением местного законодательства местными зарегистрированными агентами, такими как мы. В разделе Publications есть Enforcement acts –– результаты проверок всех регулируемых субъектов на БВО. Это не только агенты, но и инвестиционные фонды и прочие финансовые институты. Например, у каждого третьего фонда отзывается лицензия. Warning letter –– это самый «хороший» результат окончания проверки. Размер штрафов колеблется от нескольких тысяч долларов до нескольких сотен тысяч. Самый большой штраф, который я видел, составлял 335 тысяч долларов. Именно на такую сумму оштрафовали агента за несоблюдение подобных требований.

Ю.С.: Может быть, банкам и агентам и не хочется рассылать эти письма счастья.


А.А.: Конечно. Они это спрашивают не из досужего интереса. Они просто вынуждены задавать эти вопросы.

Ю.С.: Мы можем говорить о том, что так или иначе при открытии счетов или в процессе обслуживания у каждого клиента банк, регистрационный агент, брокер и прочие попросят эту информацию.


А.А.: Я рискну сказать с 95% вероятностью, что так и есть. Из 120 банков, с которыми я работал, я не знаю банка, который бы это не спросил. Офшорные банки так же не исключение. Даже китайские банки это спрашивают. У нас на сайте есть отчеты наших сотрудников, которые работают в Гонконге или ездили туда в командировку. Например, одна наша сотрудница, побывав в 57 банках азиатского региона, написала статью, в которой она подробно описала, как там строится диалог.

          Посмотрите, какие вопросы задает гонконгский «HSBC». Когда мы открывали счет в этом банке, то наши ответы составили 200 страниц. Именно страниц, а не документов. Самих документов было меньшее количество. Мы предоставили контракты, инвойсы, рекомендации и т.д. Но это не является гарантией того, что в дальнейшем вам не будут задавать вопросы. Здесь есть несколько подходов. Например, киприоты придерживаются подхода, при котором вначале они задают не так много вопросов, держа в голове тот факт, что остальные вопросы они зададут в процессе работы по конкретным операциям. У «HSBC» другой подход. Они изначально запрашивают много, в том числе и cash flow diagram, которая показывает, откуда деньги будут приходить, и куда они будут уходить. Я думаю, в процессе работы банки сравнивают контрагентов с этой диаграммой, и если они совпадают, то вопросы задаваться не будут. Тем не менее «HSBC» раз в год присылает некую форму, очень похожую на ту, которая заполнялась при открытии счета. Там нужно указать наличие изменений в корпоративной структуре, в деятельности, в оборотах и т.д. В некотором роде это нельзя называть «письмом счастья», потому что это некая форма, а не на письмо. И это пишется не индивидуально, а сразу всем клиентам. Как было уже неоднократно сказано, степень тщательности этих вопросов зависит и от банков, и от клиентов.

Ю.С.: После всего того, что вы сказали, даже странно, что возник такой ажиотаж вокруг так называемых «писем счастья».


А.А.: Пожалуй. Нам по этому поводу иногда звонят клиенты, но я бы не сказал, что эти звонки носят массовый характер. Все уже более-менее к этому привыкли.

Ю.С.: У меня, пожалуй, вопросы закончились.


А.А.: Тогда на этом все. До свидания.

Ю.С.: До свидания.


 

Добавить комментарий

Докладчик

mask

Александр Алексеев

Управляющий партнер GSL Law & Consulting


(ctrl+enter)