Как признать и исполнить иностранное арбитражное решение в России?

Базовые нормы закреплены в статье 241 Арбитражного процессуального кодекса: решения третейских судов и международных коммерческих арбитражей, вынесенные на территории иностранных государств по экономическим спорам, признаются и исполняются в России арбитражными судами, если это предусмотрено международным договором и федеральным законом.

Таким международным договором выступает Конвенция ООН о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений (Нью-Йорк, 1958). По состоянию на 2026 год ее участниками являются 172 государства. Дополнительно также применяется Европейская конвенция о внешнеторговом арбитраже 1961 года. На национальном уровне процедуру регулируют Закон РФ № 5338-I «О международном коммерческом арбитраже» и глава 31 АПК РФ (статьи 241–246).

Именно здесь проходит принципиальное различие с исполнением актов государственных судов. Для арбитражного решения не требуется ни двустороннего договора о правовой помощи, ни доказывания взаимности. Достаточно того, что решение вынесено на территории государства – участника конвенции. Под действие конвенции подпадают как решения институциональных арбитражей (ICC, LCIA, SCC, HKIAC, SIAC), так и арбитражей ad hoc.

Различие в режимах объясняется самой природой этих актов. Решение государственного суда – проявление суверенитета конкретного государства, поэтому его признание за рубежом традиционно опирается на взаимность и двусторонние договоры. Арбитражное решение рождается из воли самих сторон, добровольно передавших спор в третейский суд. Нью-Йоркская конвенция исходит из презумпции исполнимости: решение предполагается подлежащим исполнению, а доказывать основания для отказа должна проигравшая сторона, а не взыскатель.

На практике это означает, что отсутствие у России договора о правовой помощи с государством, где было вынесено арбитражное решение, не является само по себе препятствием. Поэтому часто в трансграничной сделке бывает выгоднее заложить в договор именно арбитражную оговорку, так как исполнимость арбитражного решения в России проще доказать из-за существования единого конвенционального режима.

Саму процедуру традиционно называют экзекватурой – от латинского exequatur, «пусть будет исполнено». Российский суд не выносит нового решения по спору и не оценивает его правильность; он лишь впускает иностранное решение в национальный правопорядок, проверив его на соответствие ограниченному набору формальных условий. В этом ключевая особенность экзекватуры: проверка касается процедуры и совместимости с основами российского права, но не существа спора.

Эти два понятия часто употребляют как синонимы, но юридически они различаются.

Признание – это подтверждение того, что иностранное решение порождает на территории России те же последствия, что и акт национального суда: спор считается разрешенным, и заново суд его не рассматривает.

Приведение в исполнение является следующим этапом, добавляющим к признанию принудительную силу. Суд уже непосредственно выдает исполнительный лист, на основании которого судебные приставы взыскивают присужденное.

Различие не лежит только в плоскости определений. Так, часть решений вовсе не требует принудительного исполнения, например, подтверждающих расторжение договора или наличие права. Для них статья 245.1 АПК предусматривает упрощенный порядок: такое решение признается без отдельного производства, если заинтересованное лицо в течение месяца не заявит возражений.

Как уже было отмечено ранее, российский суд не вправе пересматривать иностранное арбитражное решение по существу. Проверка ограничена закрытым перечнем оснований для отказа. Часть 3 статьи 244 АПК РФ отсылает к основаниям, установленным Законом о международном коммерческом арбитраже (статья 36), а те, в свою очередь, дословно воспроизводят статью V Нью-Йоркской конвенции.

Перечень делится на две группы.

Первая применяется только по заявлению стороны, против которой вынесено решение, и именно она несет бремя доказывания: недееспособность стороны или недействительность арбитражного соглашения; ненадлежащее уведомление об арбитраже или о назначении арбитра, лишившее сторону возможности представить объяснения; выход трибунала за пределы арбитражного соглашения; нарушения в формировании состава арбитража или в самой процедуре; необязательность решения либо его отмена или приостановление компетентным органом страны, где оно вынесено.

Вторая группа применяется судом по собственной инициативе: спор не может быть предметом арбитражного разбирательства по российскому праву (неарбитрабельность) либо признание и исполнение решения противоречат публичному порядку Российской Федерации.

Ориентиром при применении этих оснований служит Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 53 от 10 декабря 2019 года о выполнении судами функций содействия и контроля в отношении третейского разбирательства и международного коммерческого арбитража – именно оно задает подходы к оценке надлежащего извещения, арбитрабельности и публичного порядка.

С 2022 года основным барьером для экзекватуры (как для судебных так и арбитражных решений) стали статьи 248.1 и 248.2 АПК РФ («закон Лугового»). Статья 248.1 относит к исключительной компетенции российских арбитражных судов споры с участием лиц, против которых введены иностранные санкции, а также споры, основанием которых послужили сами санкции. Сам факт введения ограничительных мер, по сложившейся практике, создает презумпцию того, что подсанкционное лицо ограничено в доступе к правосудию за рубежом.

Здесь важны два ограничителя, которые взыскатель должен использовать в свою пользу.

Первый заложен в самой норме. Часть 5 статьи 248.1 АПК прямо устанавливает, что исключительная компетенция не препятствует признанию и исполнению решения, вынесенного по иску самого подсанкционного лица, а равно если это лицо не возражало против рассмотрения спора в иностранном арбитраже. Иными словами, подсанкционный статус не ведет автоматически к блокировке исполнения решения, ссылаться на него может только та сторона, чьи права санкции реально ущемили.

Второй ограничитель выработан практикой. В деле № А42-3659/2024 (Новицкий против банка «Траст») кассация указала, что статья 248.2 АПК позволяет запретить инициировать или продолжать разбирательство, но не распространяется на стадию признания и исполнения уже вынесенного решения – для отказа на этой стадии существует отдельная норма, статья 244 АПК. Конституционный Суд в определении № 999-О подтвердил, что статьи 248.1 и 248.2 не должны применяться автоматически: для признания исключительной компетенции нужно доказать соглашение о рассмотрении спора за рубежом, объективную неисполнимость этого соглашения из-за санкций и реальные, а не гипотетические препятствия доступу к правосудию.

Дополнительно суд напомнил, что в этом деле обе стороны российские и в отношении каждой ввели санкции. Это исключает неравное положение участников разбирательства и не разрешает использовать пониженный стандарт доказывания о препятствиях в доступе к правосудию.

Категория публичного порядка также используется судами все шире. На этом основании суды отказывают в исполнении, если оно ведет к обходу контрсанкционных указов Президента или к взысканию в пользу лица, действующего вопреки ограничительному регулированию России.

Заявление подается взыскателем в арбитражный суд субъекта РФ по месту нахождения или месту жительства должника, а если они неизвестны – по месту нахождения его имущества (статья 242 АПК РФ).

Срок на предъявление решения к принудительному исполнению – три года с момента, когда решение стало обязательным (часть 2 статьи 246 АПК); пропущенный срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин.

Заявление должно содержать:

• наименование суда;
• наименование и место нахождения арбитража, его состав;
• реквизиты взыскателя и должника;
• сведения о решении и ходатайство о его признании и приведении в исполнение.

К заявлению прилагаются:

1. Удостоверенная надлежащим образом копия арбитражного решения.
2. Подлинное арбитражное (третейское) соглашение или его надлежащим образом заверенная копия – это требование статьи 242 АПК воспроизводит статью IV Нью-Йоркской конвенции и является обязательным именно для арбитражных решений.
3. Документ, подтверждающий надлежащее и своевременное извещение должника о разбирательстве.
4. Документ о направлении должнику копии заявления и доверенность представителя.
5. Заверенный перевод всех перечисленных документов на русский язык.

В отличие от решения государственного суда, для арбитражного решения не требуется отдельный документ о вступлении в законную силу: решение трибунала является окончательным с момента вынесения, если иное не следует из применимого арбитражного регламента. Государственная пошлина с 8 сентября 2024 года рассчитывается как 30% от пошлины, исчисленной по правилам подпункта 1 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ исходя из присужденной суммы, то есть теперь зависит от размера взыскания (прежний фиксированный тариф отменен Федеральным законом № 259-ФЗ).

Иностранные документы должны быть легализованы через апостиль, если государство участвует в Гаагской конвенции 1961 года, либо через консульскую легализацию для остальных юрисдикций.

Заявление рассматривается единолично в срок, не превышающий одного месяца, в заседании с извещением сторон.

При отсутствии оснований для отказа суд выносит определение о признании и приведении в исполнение и выдает исполнительный лист; при наличии таких оснований – мотивированное определение об отказе. Определение по этой категории дел обжалуется в кассационном порядке в арбитражный суд округа, минуя апелляцию (часть 3 статьи 245 АПК).

Перед подачей имеет смысл оценить две вещи: первое – наличие у должника активов в российской юрисдикции, без которых исполнительный лист не будет иметь смысла; второе – санкционный профиль спора: если в нем фигурирует подсанкционное лицо или санкционное основание, следует заранее проработать аргументацию против применения статьи 248.1 АПК и доктрины публичного порядка, поскольку именно на этих основаниях часто происходят отказы.

Таким образом, конвенциональный режим формально сохраняет за иностранным арбитражным решением более высокую исполнимость в России, чем у акта иностранного государственного суда. Но реальная перспектива взыскания сегодня все чаще определяется тем, насколько спор свободен от санкционной составляющей. Этот фактор разумно учитывать еще на этапе согласования арбитражной оговорки и выбора места арбитража, отдавая предпочтение арбитражам из нейтральных и дружественных стран.