GSL / Оффшорные конференции, семинары и обучение / Ожидаемые изменения в корпоративном законодательстве Великобритании. Наиболее значимые изменения. Часть 2

Ожидаемые изменения в корпоративном законодательстве Великобритании. Наиболее значимые изменения. Часть 2

Обновлено: 16.03.2023
count view 2642

Введение публично доступного реестра бенефициаров. Ограничения деятельности теневых (номинальных) директоров. Запрет использования корпоративных директоров. Сроки вступления в силу. Вероятность принятия этих изменений. Александр: Здравствуйте, уважаемые дамы и господа, здравствуйте наши зрители. Приветствуем Вас во второй раз в таком составе, сегодня моим гостем является наша сотрудница, сотрудница GSL Law&Consulting и, вообще говоря, English lawyer, английский юрист […]

Введение публично доступного реестра бенефициаров. Ограничения деятельности теневых (номинальных) директоров. Запрет использования корпоративных директоров. Сроки вступления в силу. Вероятность принятия этих изменений.

Александр: Здравствуйте, уважаемые дамы и господа, здравствуйте наши зрители. Приветствуем Вас во второй раз в таком составе, сегодня моим гостем является наша сотрудница, сотрудница GSL Law&Consulting и, вообще говоря, English lawyer, английский юрист – Анико Шебок, и сегодня, уже второй раз за последний год, говорим на очень важную тему, поскольку эта тема лежит в основе тенденций развития оффшорной индустрии. Сегодня мы будем обсуждать ожидаемые изменения в корпоративном законодательстве Великобритании, которые, в настоящий момент, уже ближе к тому, что бы быть принятыми. Год назад мы, в этом же составе с Анико, обсуждали эти изменения, тогда мы обсуждали discussion papers in the parliament, теперь papers стали the bill, то есть драфтом законодательства, которое должно быть принято. Сейчас мы поговорим о том, что из планируемого нашло отражение в текущем законопроекте, а так же о новых вещах, появившихся в драфте, и скажем два-три слова о сроках принятия законопроекта. Мы будем говорить на английском, чуть позже на этой же странице появится расшифровка как на английском, так и на русском языке. Ok, you understand what I’ve told, let’s start from the things, which were declared in the discussion papers and whether they appeared in the bill, which we are now discussing.

Анико: Yes, so, everyone is welcome. It’s very little discussion, the topic of which is this bill, which is called “The small business, enterprise and employment bill”, because this bill deals with other topics, not only with the one which we are discussing now. Александр: But then it will be the amendments to the companies act? Анико: Yes, if the bill is accepted in any form, the changes will be implemented to the companies act 2006. Just a couple of words about where this bill stands at the moment: it was presented to the parliament on the 10-th of June, it passed through first and second reading already and it is before the committee appointed to discuss this bill. The committee is going to discuss the bill line by line, and the committee is supposed to report up to the parliament about the result by the 6-th of November. So, this is where the bill is at the moment. We expect that the bill should be or would be passed before the general elections in the United Kingdom, which will be in May 2015. Александр: So, this bill may become the law before May 2015, in a year? Анико: It is expectable in a year, yeah. Александр: So, in a year we are expecting more or less this kind of law, which we are now discussing. And what changes await us? Анико: The main areas of bill are pretty much the same which were mentioned in the discussion papers months ago. I’ll start with the ones which are most important, and then we will go further. So, abolition of bearer shares . Александр: It was expected. Анико: Yes, it was. It’s something… well, bearer shares don’t have place in the 21-st century in the United Kingdom. Александр: Yes, even in other jurisdictions, if they have it, but the using of it is so narrow, and it doesn’t give a lot of additional confidentiality. So now we may say, it is not terrific change. Анико: Abolition of corporate directors. It was also expected, basically the bill says that by the time the bill become the law, there should be no corporate directors in the registry. So there is one year of grace period, during of which the companies can voluntarily change the corporate directors to private individuals. If there is still any companies with acting corporate directors at the end of that period, they automatically seems to be without director. If the companies fail to take action during these 12 months…

Александр: What will happen with such companies?

Анико: There basically will be no director.

Александр: I see. It means that the company cannot exist.

Анико: it will have very limited time to appoint a private individual. I’m emphasizing this point, because it means that even if the company just doesn’t take any actions, corporate director still sees to be director at the end of the 12 month period.

Александр: I see. Well, this also was expected. I remember that in Hong Kongian legislation, which appeared in March of this year, abolition of corporate directors also was one of the changes.

Анико: Because the existence of corporate directors keep greatly influence on the transparency of companies, so this is not desirable from the point of law makers.

Александр: Absolutely.

Анико: While we are talking about directors, the conditions of disqualification for directors broadens, the convictions will be taken into count or there are certain determining factors… I wouldn’t point too much…

Александр: and when this test on the qualification of director is done? On the moment of the appointment, or there is another moment?

Анико: On the moment of the appointment, and frankly it is not clear from the bill, when the director will be revalued, but we will see in the future. But generally this is also change that was predicted.

Александр: I see. So, a kind of qualification test appears, but we not…

Анико: it has been so far, but the grounds on the basis of which the director may be disqualify will be broaden. But the most important and most anticipated change is the appearance of registry of beneficial owners.

Александр: I know you’ve talked before about the register of beneficial owners, and what about nominee directors?

Анико: Nominee directors was the topic, which was discussed widely in the discussion paper, but finally not implemented in the bill. Whether the existence of nominee directors is a breach of companies act or not, whether the fact that the director acts as a nominee director should be reported to the company’s house or not… There will be discussions about it, but such rules are not appearing in the bill.

Александр: That is interesting, because, I remember in the discussion papers there was a proposal to have the limits of the directors’ appointment.

Анико: There were a lot of proposals on which there should be the use of nominee directors limited in some way. For example, the number of directorships was specially chosen in order to determine, who is the nominee director. In the discussion paper they said, that if a director is acting as director in more than 50 companies, it is fair to think, that director is a nominee director. But this line is not take place in the bill.

Александр: If the qualification test is passed properly, it is automatically will solve the problem with nominee director, I suppose.

Анико: Yes.

Александр: And now we’ll talk about the most crucial, dramatic and expected topic, which is, as you’ve told, the implementation of the registry of the beneficial owners.

Анико: Well, first of all, we shall get the terminology right. The bill doesn’t operate with the term “beneficial owner”, we are talking about person with significant control.

Александр: The same term is using in the Russian legislation, which will be discussed by the parliament this autumn. So, we are talking about the person with significant control.

Анико: Yes, the registry of the persons with significant control. It will be the company itself, the company that has the liability to keep the registry of persons with significant control. So they build the company itself and they need to think about the company as a legal entity, separate legal personality. The secretary or the directors undertake this task to determine, who the person with significant control is, and to keep the registry of such person.

Александр: Is there any determination of who it is in the law?

Анико: Of course, the bill lists a few definitions, which will bring a person under the definition of person with significant control. The content of these definitions are still to be made more exact, more determined in regulations which will be accepted once the bill becomes law. But in brought terms, person is consider to be a person with significant control if he holds or directly owns 25% shares of the company, if he controls or exercises 25% or more of the voting rights in the company, if he has a right to change the directors of the company. And there is actually one definition which is kind of a catch-it-all phrase – it is the person who has right to exercise significant control over the company. What they mean by significant control here, is, as I said, yet to be seen in the regulations, which will be accepted by the secretary of state afterwards. There are the main points, which will determ who that person is. The details of such person could be private individual or a legal person. The details are general: name, registered address or residential address for private individual, a service address, if it is different, it means the address, where he or the company can be reached by post, date of birth, country of residence and the date on which this person became the person with significant control. Such details are to be kept by the company for 10 years from the moment this person…

Александр: Is appointed. Анико: No. From the moment this person seems to be a person with significant control. So, from the time it stopped to be a person with significant control. Ah, I understand.

Анико: So, from the date of becoming the person with significant control, PSC, until 10 years is passing from the moment, stopped…

Александр: I see. This PSC registry is kept by the company itself?

Анико: Yes. The company has two options: the company may keep this registry itself, or it may elect, that this registry is kept by the central registry, means by the companies house.

Александр: They can delegate this right to companies’ house. Анико: This is actually a major reform of record keeping of the company, because companies may elect to keep not only the registry of persons with significant control, but also all membership information, directors’ registry only by companies’ house. In such case the companies themselves do not need to keep an updated record of any of these details. This election can be made when the company is incorporated or at any time later. But this election can be drawn. The company may say: “Until now I kept the directors registry myself, but from this day this is delegated to the center of registry”. Then they just need to take a note that updated registry of directors or persons with significant control can be expected and available at the companies’ house.

Александр: Access to companies’ house is public, and everybody should do it this way, otherwise, if the registry is kept by the company itself, this regime should be the same, which means that this registry held by the company is also publically available.

Анико: Let’s talk just about the registry of the persons with significant control, because even so far the directors, shareholders, secretaries information has been easily accessible through companies’ house. But probably most viewers are interested in question, who may access this registry. Because it is not accessible to the public, which is not like, for example, shareholders information. In the first scenario, if a company keeps this registry, a person who is interested in such details will need to finally request the company and say: “I want to see this registry, I want this information”.

Александр: Via registered mail, for example. Анико: For example, yes. Or even via phone call?

Анико: And this, actually, is not possible. I don’t recall it.

Александр: Ok, a registered mail then.

Анико: The company then has 5 working days to either give the information to this person, the person needs name himself, need to name the reason why he is asking for this information and who else will be able to see this information. If this person intends to share this information with someone else, he needs to name these persons in his request.

Александр: That is interesting, if this person is the journalist, he should mention…

Анико: The purpose of enquiring, why he does ask for these details, is to publish it in so and so magazine.

Александр: This is the third party, the magazine.

Анико: So, the company then has 5 days to either comply this request and say: “No problem, here is the information”, or to turn to court and ask it to determine whether the purpose is proper, whether the purpose publish this information is proper or not. This would be the process, so it is not that the companies need to hang this registry on their own. So their acceptance for keeping it public is limited in a way. There is a process, and there is a way to turn to court for the company to still protect the information.

Александр: So, it is not absolutely public, it is limited, but the criteria of how much it is limited are not clear.

Анико: Still not clear. It is pretty much the same when the registry is held by the companies house. If the company receives the request “I want to know the information about the PSC”, the company answers: “No, we don’t hold this registry, our registry is at companies’ house”. The same way, all we know so far, is that this person will need to give those details which I’ve just listed a minute ago, name purpose, who asks the information plus there will be a fee, a fee to be charged. And the companies house will decide whether the purpose is proper or not. So in that case the company will not have the option to go to court, but the companies house will be the guardian of the information. It is yet to be seen on the cost of the fee.

Александр: Anyway, I think it is not much compare to…

Анико: Significance of the information.

Александр: Yes. So, it will not stop them. The most interesting is that the criteria to object this…

Анико: The court will determine a proper purpose.

Александр: Absolutely. This is the kind of new institute in the world, and the criteria are still not clear, and they will be worked out.

Анико: But it is already a step backward in a sense that when we first read about establishment of register of beneficial owners, we thought: “Oh, it might be just like the directors, or secretaries, or anyone with a click of the finger can get access”. It is alright to step back, but there has to be proper legislation.

Александр: It has to be legal step back. It is still more or less public… I think that the clients who are watching us right now may ask: “Ok, especially if the legal entity can be a person with significant control, they will name any Russian company, which is incorporated for one day, we call it “Однодневка”” - I don’t know whether you know this word - ”and that will free them from any worries.”

Анико: No, it won’t, because the company has the obligation to keep this registry up to date. So, if there is a change in a person with significant control that then they need to either if they keep the registry on their own they’ll need to update it, if the registry is held by the companies’ house, they need to submit information on the changes.

Александр: Did I understand you correctly: that means that at the moment of the new legislation, each company should prepare the registry for the period for whole 10 years? Who were the persons with significant control for the last 10 years and keep this on the papers or not? They start to count these 10 years from the moment…

Анико: No, no. I would imagine that when the law becomes alive, comes into force, the companies will need to start keeping this registry from that moment.

Александр: So, for example, “Romashka” Ltd. will be the person with significant control and there will be no problem for the owner of the company?

Анико: If we dive deeper into the details of legislation, we’ll find out, that a person with significant control, basing on the test, may be registrable or nonregisterable. Nonregisterable is a person, who is a person with significant control in a relevant legal entity. Relevant legal entity is the one who has it’s own obligation to be registered in the companies’ house. It is again not known yet, which legal entities will have their own obligations to keep it’s registry in the companies house. This twist of definitions first of all ensures that there is no double registry, if a person is indirectly a person with significant control in a UK company through a company which itself has a registry, that it will not be registered twice, plus this point may apply obligations to keep registry on foreign companies. But this is again not known which companies will have apart from UK companies obligation to keep their registry.

Александр: I see. In such cases there is the need to have at this registry a record.

Анико: That is the idea, every single beneficial person with significant control will appear at some point with respect to one legal entity.

Александр: So the legal entity can be in this registry if, for example, this legal entity is…

Анико: Itself has another registered…

Александр: And public company.

Анико: We are not operating with public companies yet, I mean, we don’t either in terms of… May be public companies will be companies which have their own obligation to comply with such registration. Александр: I see. So, may be new institutions which we need to study how to work with. Ok, so, what else?

Анико: This is it. One change again is change of terminology “annual return”, probably everyone is familiar with this term. Instead of annual returns companies are supposed to submit confirmation statements. This confirmation statement is supposed to confirm that all information that has been submitted to the companies house during the reporting period, which remains to be 12 months, at the time of confirmation statement is correct of relevant events, which are the same as they are at the moment: change of directors, secretaries and so on. Confirmation statement will cover a smallest crumb of information and at the same time as the company submits this confirmation statement the company will need to report shareholders information, statement of capital. And that would be the time when changes to this registry of persons with significant control will have to be also submitted in case the company keeps it.

Александр: Coming back to this the most important thing: to these persons with significant control registry. Let’s talk about, if possible, about the responsibility, responsibility of the company of keeping this…

Анико: Ok, so, how the company is supposed to collect this information? The company, or let’s talk, for example, about service providers, like ourselves, to assist the company, but at the end it must be emphasized that the company has all the responsibility, persons in the company, who are liable to collect this information. So the company, once they identify who these persons are, they will have to send an enquiry: “Please, provide us this information and the listed names, residential addresses and so forth”. If the person does not comply, the company may send the warning notice. In the warning notice they will again ask for this information and will explain that if the person who carries on being not complying, there will be restriction notice against this person. Once the restriction notice is issued against this person with significant control, there are certain restrictions automatically apply to the interest with respect to which this person with significant control… lets rephrase it easier, with respect to that shareholdings, which this person holds directly or indirectly with trusts or other way. Any transfer of this shareholding will be void, that person will not be able to transfer it’s shareholding; may not exercise it’s rights with respect to that shareholding, for example, voting rights; will not receive any sums that are due from the company with respect to that interest, dividend payment, for example, with the exception of liquidation receives. But these are very severe restrictions…

Александр: Absolutely. Let’s think about this: when we say that the company sends the warning, by company we mean, in our situation, nominee directors, who are appointed.

Анико: Even the nominee directors, because, as we know…

Александр: They are reliable, they understand their responsibility and they would be the guides for the implementation of these rules.

Анико: And it actually put great burden on these so called nominee directors, because I’m pretty certain that non-compliance in several cases with this legislation will have an impact on disqualification. So, if they have several companies which are not complying with this legislation, they may face the consequence of disqualification as the result. On the top of the consequences of non-compliance for the company, which may be fines end even a trial.

Александр:These are very serious responsibilities. Ok, I’m trying to imagine, what our listeners may ask. So, if it is not possible to appoint in this registry the legal entity, let’s find the driver, nephew, wives and a lot of others, who are some kind of camouflage for the person with significant control.

Анико: These people then would knowingly submit information, which is not correct and is not true. This may even have criminal consequences.

Александр: I see. This is quite typical instrument of which clients think when they, for example, opening a bank account, and they need to provide the name of bearer shares, in this case with drivers and others this option exists, but there is the banker, who is checking, investigating and analyzing this information. And who does analyze this information in our case?

Анико: It might be practiced by many clients and many businessmen, but still it doesn’t make it correct, and its still a criminal offence.

Александр: Absolutely, I understand and admit this. But I just want to follow the way of thinking of some of the prospective clients.

Анико: Law enforcement agencies, I believe, the companies house detects all treaties and at the end of the day investigate it.

Александр: I see. So, they will try to struggle this.

Анико: I think, this is it at the moment. We are not more certain in other details which will come, we follow the life of this bill and if there is any major update in any of the stages later, made by parliament, I believe, we will report on that.


Yeah, definitely. And I also think that there are many very particular cases individual for each client, where these new changes may have the influence. Later we will come back to that and try to understand, how to work in that particular cases. Ну что ж, тогда на этом мы сегодня заканчиваем наш вебинар и будем, как сказала Анико, возвращаться к этой теме по мере движения этого билля по законодательной вертикали, пока он не станет законом. И в дальнейшем, я думаю, мы будем часто обсуждать эту тему. А пока спасибо за внимание, до свидания.

Анико: До свидания.


Александр: Здравствуйте, уважаемые дамы и господа, здравствуйте наши зрители. Приветствуем Вас во второй раз в таком составе, сегодня моим гостем является наша сотрудница, сотрудница GSL Law&Consulting и, вообще говоря, English lawyer, английский юрист – Анико Шебок, и сегодня, уже второй раз за последний год, говорим на очень важную тему, поскольку эта тема лежит в основе тенденций развития оффшорной индустрии. Сегодня мы будем обсуждать ожидаемые изменения в корпоративном законодательстве Великобритании, которые, в настоящий момент, уже ближе к тому, что бы быть принятыми. Год назад мы, в этом же составе с Анико, обсуждали эти изменения, тогда мы обсуждали discussion papers , теперь papers стали the bill, то есть драфтом законодательства, которое должно быть принято. Сейчас мы поговорим о том, что из планируемого нашло отражение в текущем законопроекте, а так же о новых вещах, появившихся в драфте, и скажем два-три слова о сроках принятия законопроекта. Мы будем говорить на английском, чуть позже на этой же странице появится расшифровка как на английском, так и на русском языке. Итак, мы начнем с обсуждения положений чернового варианта законопроекта: вошли ли они в состав этого самого драфта, о котором мы сейчас говорим?

Анико: Здравствуйте, уважаемые зрители. Как сказал Александр, мы проведем небольшое обсуждение, главной темой которого станет этот драфт, он же - билль, полное название которого: «Закон о занятости и предприятиях крупного и малого бизнеса». Как понятно из названия, он будет регулировать и другие сферы предпринимательской деятельности, а не только те, о которых мы сейчас будем говорить.

Александр: Тогда его можно расценивать как поправку к закону Соединенного Королевства «О компаниях»?

Анико: Да, если билль, в каком бы виде он ни был, будет принят, его положения дополнят закон «О компаниях» от 2006 года. Сразу добавлю пару слов о текущем состоянии билля: 10 июня он был представлен парламенту для обсуждения, к настоящему моменту он уже прошел первое и второе чтение и теперь ожидает рассмотрения специальной комиссией. Комиссия рассмотрит каждую строчку билля и, после обсуждения, доложит парламенту о результатах 6-го Ноября. Таково текущее состояние билля. Ожидается, что билль будет принят перед выборами в Мае 2015 года в Великобритании.

Александр: То есть билль станет законом до Мая 2015 года?

Анико: Да.

Александр: В итоге, в следующем году будет принят законопроект, примерно в том же виде, который мы сейчас обсуждаем. Так что же он изменит?

Анико: Основные положения билля не отличаются от положений чернового варианта, которые мы уже обсуждали несколько месяцев назад. Я начну с наиболее значимых положений, а затем уже перейду к менее важным. Итак, первое важное изменение заключается в отмене предъявительских акций.

Александр: Этого можно было ожидать.

Анико: Да. Акции на предъявителя не котируются Великобританией XXI века.

Александр: Так и есть. И даже если предъявительские акции имеют место быть в прочих юрисдикциях, они все равно используются очень редко и не сильно-то влияют на конфиденциальность клиента. Так что можно сказать, что это - не самая страшная новость.

Анико: Тогда мы перейдем к следующему изменению, а именно: отмене корпоративных директоров, что тоже было ожидаемо. В самом билле прописано, что к тому моменту, как билль станет законом, в реестре не должно остаться ни одного корпоративного директора. На это дается один год, так что пока у компаний еще есть время для добровольной замены корпоративных директоров частными предпринимателями. Если же, по завершении этого периода времени, по прежнему останутся компании, не сделавшие этого, они автоматически будут считаться бесконтрольными. Если компании не смогут заменить своих корпоративных директоров в течение 12 месяцев…

Александр: Что же с ними будет?

Анико: Фактически, у них не будет никакого директора.

Александр: Что, в свою очередь, означает, что компания не имеет права на существование.

Анико: У нее будет очень ограниченный период времени, что бы назначить на место директора частного предпринимателя. Хочу еще раз подчеркнуть, что если компания не предпримет никаких действий в течение предоставленных законом 12 месяцев, директором компании, по завершении этого периода будет по-прежнему считаться корпоративный директор.

Александр: Ясно. Что ж, мы так же ожидали этого. Я помню, что в законодательстве Гонконга , принятом в марте, так же есть пункт, запрещающий деятельность корпоративных директоров.

Анико: Использование корпоративных директоров существенно снижает прозрачность компании. Именно с этим и борются законодатели.

Александр: Несомненно.

Анико: Раз уж мы говорим о директорах, нужно упомянуть о расширении списка условий, ведущих к увольнению директоров. При нарушении этих условий дело так же может дойти до суда, существуют факторы, определяющие необходимость этого… Ну, я не буду на этом зацикливаться.

Александр: А когда проходит тестирование квалификации директора: при его назначении, или в какой-то другой момент?

Анико: Тестирование проводится при назначении директора и, откровенно говоря, в билле до сих пор не четко прописано, когда должна проводиться переаттестация. Что ж, будущее покажет. Однако это тоже уже было известно ранее.

Александр: Итак, появится что-то вроде аттестации…

Анико: Она и сейчас есть, просто увеличивается список оснований для отстранения директоров. Но и это не самое главное в билле: наиболее значимые изменения связаны с реестром бенефициаров. Александр: Да, мы уже вели разговор об этом реестре, а вот что ты можешь сказать о номинальных директорах?

Анико: Номинальные директора так же были одной из главных тем обсуждения чернового варианта проекта, но, в итоге, в билль не вошли положения, связанные с ними. Противоречит ли существование номинальных директоров закону «О компаниях», нужно ли докладывать о директорах, которые действуют как номинальные? Все это так же подлежит обсуждению, но билль никак не регулирует этого.

Александр: А вот это интересно, поскольку я помню, что в черновом варианте проекта звучали предложения об ограничениях на назначение директоров.

Анико: Было озвучено достаточно много предложений, так или иначе ограничивающих использование номинальных директоров. К примеру, было предложено подбирать число директоров таким образом, что бы можно было установить, кто из них является номинальным директором. В черновом варианте было прописано, что если кто-либо является директором в 50 и более компаниях, резонно предположить, что он является номинальным директором. Однако в билле ничего такого нет.

Александр: Полагаю, что если квалификационный тест будет пройден, автоматически решается проблема с номинальным директором?

Анико: Да.

Александр: Ну что ж, теперь пришло время поговорить о самом драматичном и важном положении билля, а именно: введение публично доступного реестра бенефициаров.

Анико: Прежде, чем перейти к этому вопросу, нужно разобраться с терминологией. Билль не оперирует понятием «бенефициар», речь идет о субъекте, оказывающем значительное влияние на компанию.

Александр: Такой же термин используется и в Российском законодательстве, которое будет обсуждаться осенью. Итак, мы все же говорим о субъекте, оказывающем значительное влияние на компанию.

Анико: Да, даже, если можно так выразиться, о реестре субъектов, оказывающих значительное влияние на компании. Мы сейчас говорим о компании, которая может позволить себе самостоятельно вести этот реестр. При создании компании, о ней нужно думать, прежде всего, как о единой юридической сущности. Директорату и секретариату нужно только выбрать субъекта и вести записи о нем в этом реестре.

Александр: Определено ли в законе, кто это может быть?

Анико: Разумеется, в билле есть несколько определений, которые позволяют отнести человека к разряду влиятельных субъектов. Сами определения еще будут уточняться, что бы стать более четкими к моменту принятия билля. Но, в широком смысле, человек считается субъектом, оказывающим значительное влияние на компанию тогда, когда он владеет 25% акций компании. Если он владеет 25% или больше, он имеет право сменить директора компании. Есть еще одно, универсальное определение: влиятельный субъект – это тот, кто имеет право осуществлять значительное воздействие на управление компанией. Что имеется в виду под значительным воздействием, как я уже сказала, в дальнейшем будет уточняться. Существует несколько характеристик, определяющих, кем является этот субъект. Прежде всего, субъекты бывают индивидуальными предпринимателями или юридическими лицами. Характеристики субъекта носят общий характер: имя, адрес регистрации или адрес места жительства для индивидуальных предпринимателей, служебный адрес, если он отличается от регистрационного, с его помощью можно связаться с компанией по почте, дата рождения, страна и дата, когда он стал субъектом, оказывающим значительное влияние на компанию. Все эти данные собираются компанией и хранятся на протяжении 10 лет, начиная от того момента, как этот субъект…

Александр: Был назначен на свое место?

Анико: Нет, с того момента, как он стал субъектом, оказывающим значительное влияние на компанию.

Александр: Понятно.

Анико: Таким образом, начиная с момента признания человека субъектом, оказывающим значительное влияние на компанию, данные хранятся в реестре в течение 10 лет.

Александр: Ясно. А этот реестр заполняется самой компанией?

Анико: Да. Хотя компания может выбрать один из двух вариантов: она может сама вести этот реестр, либо позволить вести этот реестр Управлению государственной регистрации юридических лиц.

Александр: То есть компания может делегировать право на самостоятельное ведение реестра Управлению госрегистрации.

Анико: На самом деле, это достаточно большая реформа ведения документации компании. Компании могут передать право Управлению государственной регистрации не только на ведение реестра субъектов, оказывающих значительное влияние на компании, но и на ведение членской информации и реестра директоров. В этом случае компании не придется самостоятельно отслеживать все изменения и записывать их в реестр. Компания может выбрать этот вариант в момент своего создания, или в любое другое время, причем она даже может запланировать передачу права на ведение реестра Управлению. Например, она может сказать: «Пока я самостоятельно веду записи в реестре, но с такого-то дня я передаю эти полномочия Управлению Госрегистрации». После этого ей нужно будет лишь объявить о том, что реестр субъектов, оказывающих значительное влияние на компанию, можно получить в Управлении государственной регистрации юридических лиц.

Александр: Информация Управления лежит в открытом доступе и всем рекомендуется использовать этот вариант, поскольку, даже если реестр ведется самой компанией, его все равно придется выложить в открытый доступ.

Анико: Все же, в этом плане реестр немного выделяется. В настоящий момент, информацию о директорах, акционерах, секретарях достаточно просто получить от Управления. Но нашим зрителям, наверное, хочется узнать, кто может получить информацию из реестра, потому что он пока не доступен общественности, в отличие от той же информации об акционерах. В первом случае, когда компания самостоятельно ведет реестр, тому, кому нужна эта информация, в конечном счете, придется послать запрос на ее получение в компанию.

Александр: Например, заказным письмом?

Анико: Да, это вполне подойдет.

Александр: И даже по телефону?

Анико: А вот по телефону договориться не удастся.

Александр: Ну ладно, значит, заказным письмом.

Анико: После этого у компании есть 5 рабочих дней, что бы дать или не дать разрешение на получение интересующей информации. Тот, кому она необходима, должен представиться, назвать причину, по которой ему потребовалась эта информация, и кто еще сможет с ней ознакомиться. Если тот, кому нужна информация, намерен поделиться ей с кем-либо еще, он должен так же назвать всех, кто получит доступ к этой информации, в своем запросе.

Александр: Интересно, а если это будет журналист, он должен будет…

Анико: Сообщить, что он запрашивает информацию с целью публикации в таком-то журнале.

Александр: То есть, журнал расценивается как третья сторона.

Анико: Итак, у компании есть 5 дней, что бы согласиться передать информацию, либо обратиться в суд, что бы он определил, является ли цель, например, та же публикация в журнале, надлежащей. Этот вопрос будет рассматриваться судом, вот почему компании могут решить вести реестр самостоятельно. Компании соглашаются на ведение вроде бы открытого реестра, но с определенными оговорками. Компаниям разрешается обратиться в суд и начать судебный процесс, что бы защитить свою информацию.

Александр: То есть, реестр не является полностью открытым для общественности, существуют ограничения на получение доступа к информации, но каковы эти ограничения все еще не до конца ясно.

Анико: Да. Примерно такая же ситуация и с реестром, который ведет Управление государственной регистрации. Если компания получает запрос о субъекте, она отвечает: «Нет, мы не ведем реестр самостоятельно, нужная вам информация хранится в реестре Управления государственной регистрации». Тогда тот, кому нужна информация, обращается в Управление, предоставляя те же данные о себе, цели, третьих лицах и так далее, плюс, взимается определенная пошлина. И уже само Управление будет решать, является ли цель получения информации надлежащей или нет. В этом случае у компании уже нет возможности обратиться в суд, однако роль защитника информации клиентов возьмет на себя Управление. Опять же, сумма пошлины будет одним из определяющих факторов.

Александр: По-моему, она все равно не будет настолько же высокой в сравнении со…

Анико: Значимостью полученной информации.

Александр: Да. Так что пошлина их не остановит. Самое интересное заключается в том, что критерии того, является ли цель надлежащей…

Анико: Суду надлежит определить, является ли цель получения информации надлежащей.

Александр: Это ясно. Получается, что это, фактически, новый институт права, а критерии определения необходимости выдачи информации до сих пор четко не определены и будут еще дорабатываться.

Анико: И все же, с определенной точки зрения, это - шаг назад, в том смысле, что, когда мы в первый раз услышали о введении открытого реестра бенефициаров, мы подумали: «О, похоже, что любой директор, секретарь, да и вообще, кто угодно, сможет получить доступ к этой информации». Конечно, ничего страшного в том, что они не решились на такой шаг, нет, но, опять же, даже для такого полуоткрытого реестра должна быть соответствующая законодательная база.

Александр: Скорее всего, это - шаг назад с юридической точки зрения. Реестр по-прежнему остается более-менее открытым… Ну да ладно. А я вот думаю, те, кто нас сейчас смотрит, может быть, думают: «Раз уж юридическое лицо так же может считаться субъектом, оказывающим значительное влияние на компании, можно выбрать любую компанию – однодневку, и все, все проблемы будут решены».

Анико: Ничего не получится, потому что информация в реестре постоянно обновляется. Если происходят изменения, связанные с субъектом, оказывающим значительное влияние на компанию, компании, в случае, если она самостоятельно ведет реестр, придется внести в него изменения; а если реестр ведется Управлением государственной регистрации, компании нужно будет подтвердить правильность внесенных в реестр изменений.

Александр: Правильно ли я понял, что, к моменту вступления билля в юридическую силу, компаниям придется предоставить информацию за последние 10 лет? И предоставить документарные подтверждения о том, кто был субъектом, оказывающим значительное влияние на компанию, за эти 10 лет? Ведь эти 10 лет начинают считаться от…

Анико: Нет, нет, нет. Я предполагаю, что компаниям нужно будет начать хранить необходимую информацию лишь после того, как билль станет законом.

Александр: Хорошо, а если, например, ООО «Ромашка» будет субъектом, оказывающим значительное влияние на компанию, у владельца компании не возникнет никаких проблем?

Анико: Если мы погрузимся глубже в детали закона, мы обнаружим, что субъект, оказывающий значительное влияние на компанию, в зависимости от результатов проверки, может быть как регистрируемым, так и нерегистрируемым. Нерегистрируемый субъект – это тот, кто является субъектом, оказывающим значительное влияние на зарегистрированную компанию. Зарегистрированная компания, это, в свою очередь, та компания, которая сама уже занесена в реестр Управления государственной регистрации. Опять же, неясно, каким компаниям придется обязательно регистрироваться в реестре Управления. Но мы знаем, что цель использования этих понятий: избежание двойной регистрации субъектов. Человек, являющийся субъектом, оказывающим значительное влияние на британскую компанию, посредством другой организации, которая уже занесена в реестр, не будет дважды занесен в него. В дополнение к этому, в реестр можно будет вносить информацию об иностранных компаниях. Но, опять же, неизвестно, какие компании, помимо британских, попадут в реестр.

Александр: Понятно. То есть, в таких случаях все равно будет нужно внести запись в реестр.

Анико: В этом то и состоит основная идея реестра: рано или поздно каждый бенефициар, оказывающий значительное влияние на компанию, попадет в реестр вместе с каким-либо юридическим лицом.

Александр: Значит, юридическое лицо может попасть в этот реестр, если оно…

Анико: Само имеет зарегистрированное…

Александр: Открытое акционерное общество.

Анико: Мы еще не уверены насчет акционерных обществ. Может быть, они будут так же обязаны зарегистрироваться в реестре.

Александр: Понятно. В общем, это целый новый институт, с которым нам придется учиться работать. Так, что же еще?

Анико: В целом, это и были основные изменения, которые привнесет билль. Конечно, будут и другие, не такие значимые изменения, например в терминологии. Для примера можно взять термин «Годовой отчет», с которым мы все знакомы. Вместо годовых отчетов теперь компаниям нужно будет отправлять подтверждения о том, что информация о событиях в жизни компании, полученная Управлением государственной регистрации юридических лиц за отчетный период, который так же равняется 12 месяцам, соответствует действительности. Эта информация включает в себя то же самое, что и сейчас: смена директоров, секретарей и так далее. Более того, подтвердить можно будет и незначительные изменения. А в тот момент, когда компания соберется подтвердить правильность собранной управлением информации, ей так же придется предоставить еще и информацию об акционерах и капитале. Тогда же будет уместно подтвердить и правильность информации, занесенной в реестр субъектов, если компания сама ведет его.

Александр: Возвращаясь к самому важному: реестру субъектов, оказывающих значительное влияние на компании. Поговорим, если можно, об ответственности компаний, ведущих этот реестр самостоятельно…

Анико: Хорошо, итак, как же компания должна собирать эту информацию? Компания... Или даже, для примера, провайдер услуг, такой же, как и мы, помогает компании собрать всю необходимую информацию. Но, в конечном счете, сама компания, люди самой компании, ответственные за ее сбор, несут всю ответственность за достоверность информации. Так вот, как только компания определится с тем, кто будет заниматься сбором и отслеживанием информации внутри компании, она посылает запрос: «Пожалуйста, предоставьте нам информацию о таких-то лицах, регистрационных адресах и так далее». Если лицо, ответственное за сбор, не отвечает, компания может послать ему предупреждение. В нем компания опять попросит предоставить ей необходимую информацию, и напомнит, что если это ответственное лицо продолжит молчать, ему будет предъявлено уведомление об ограничениях. Как только субъект, оказывающий значительное влияние на компанию, получит это уведомление, к нему автоматически будут применены санкции, заключающиеся в воздействии на процентную ставку… Можно объяснить это проще: санкции заключаются в воздействии на пакет акций этого лица, которым он владеет либо напрямую, либо косвенно. Он не сможет передать свой пакет акций, не сможет воспользоваться своими правами, предоставляемые своей долей акций, например, правом голоса. Он не сможет получать выплаты по процентной ставке, то есть, дивиденды, за исключением, разве что, выплат по ликвидации компании. В целом, меры, применяемые к такому нарушителю, очень строгие.

Александр: Несомненно. Хотелось бы еще уточнить: когда мы говорим о том, что компания посылает предупреждение, под компанией мы понимаем уже назначенных номинальных директоров?

Анико: Да, даже номинальных директоров, поскольку, как мы знаем… Александр: На них можно положиться, они знают свои обязанности и хорошо руководят применением этих правил на практике. Анико: В то же время, это – достаточно тяжелое бремя для номинальных директоров, поскольку, при невыполнении обязательств, возложенных на них законодательством, они могут быть отстранены от своей должности. То есть, если у номинальных директоров есть несколько компаний, не соблюдающих законодательство, в конечном счете, они могут быть отстранены. Для компании же несоблюдение законодательства может закончиться штрафами и даже судебным разбирательством.

Александр: Да, на номинальных директорах лежит большая ответственность, не спорю. Но я все пытаюсь представить, что же еще могут спросить наши зрители? Хорошо, допустим, мы не хотим, что бы нас внесли реестр. Мы можем взять своего водителя, племянника, жену или кого-нибудь еще, что бы внести их в реестр и использовать их в качестве, своего рода, прикрытия, для нас - субъекта, оказывающего значительное влияние на компанию.

Анико: Тогда эти люди предоставят заведомо ложную информацию, что может повлечь за собой серьезные последствия, вплоть до уголовного преследования.

Александр: Понятно. Просто об этом достаточно часто задумываются некоторые клиенты, которые хотят, например, открыть счет в банке – им нужно предоставить информацию о владельце именных акций. В этом случае вариант с водителем или племянником возможен, однако нужно помнить, что банкир не сидит, сложа руки, он собирает, проверяет и анализирует полученную информацию. А кто же будет анализировать информацию в нашем случае?

Анико: Может, некоторые клиенты и используют этот вариант, но это не делает его допустимым, и он по прежнему может привести к уголовному преследованию.

Александр: Не спорю, я понимаю и признаю это. Я просто стараюсь думать так, как думают некоторые из наших потенциальных клиентов.

Анико: Полагаю, что этим будут заниматься органы правопорядка. То же Управление государственной регистрации отслеживает все договоры и, рано или поздно, рассматривает их.

Александр: Хорошо, значит, они будут противодействовать подобным нарушениям.

Анико: Пожалуй, пока что, это все. Мы не знаем, что еще может измениться, но уверены, что будем следить за продвижением билля, и, если будут вноситься еще какие-нибудь поправки, мы сообщим об этом.

Александр: Определенно. Я, в свою очередь, добавлю, что эти изменения могут оказать серьезное воздействие на дела наших клиентов. Вскоре мы вернемся к этой теме и попытаемся понять, как же нужно действовать в разных ситуациях, в которые попадают наши клиенты. Ну что ж, тогда на этом мы сегодня заканчиваем наш вебинар и будем, как сказала Анико, возвращаться к этой теме по мере движения этого билля по законодательной вертикали, пока он не станет законом. И в дальнейшем, я думаю, мы будем часто обсуждать эту тему. А пока спасибо за внимание, до свидания.

Анико: До свидания.

Анико Шебок
Анико Шебок Руководитель Лондонского и Венгерского офисов GSL Law & Consulting, Адвокат