GSL / Оффшорные конференции, семинары и обучение / Бали, Индонезия. Жизнь на Бали. Социализация. Кухня Бали

Бали, Индонезия. Жизнь на Бали. Социализация. Кухня Бали

16.01.2024
Обновлено: 14.02.2024
count view 66

Сегодня мы погрузимся в атмосферу острова Бали в Индонезии, в его неспешную жизнь, социализацию русскоязычных релокантов на Бали. А еще поговорим о необычной кухне и о вкусной еде на Бали.

Сегодня мы погрузимся в атмосферу острова Бали в Индонезии, в его неспешную жизнь, социализацию русскоязычных релокантов на Бали. А еще поговорим о необычной кухне и о вкусной еде на Бали.

Почему Бали так отличается от остальной Индонезии? Индуизм на Бали. Сколько на Бали русскоязычного населения? Любимые места наших героев на Бали. Почему на Бали нужно обращать внимание на УФ-индекс. Проблема Бали – отсутствие тротуаров. Почему на Бали нет стиральных машин в домах? Социализация на Бали. Чаты для русскоязычного населения на Бали. Особенности местного менталитета на Бали. Особенности национальной кухни.

«…У них очень много праздников, которые славят духов. У них есть праздник, когда все духи открываются и приходят на землю. И так они 2 недели с ними здесь взаимодействуют. Две недели никто не работает. Это какой-то исконный шаманизм массовый, который тут всегда был…»

«…Любой человек, который приезжает на Бали так или иначе либо уже заинтересован, либо он достаточно быстро становится заинтересован в том, что же есть в этом мире помимо материального. И начинается какое-то такое более глубокое понимание себя, познавание себя...»

«…Бали – это как в детство переместить. Сами балийцы немножко не собраны, рассеянные, как подростки. Примерно такие они, и даже взрослые иногда. Примерно так же как от подростка любого, от них можно ожидать чего-то, что идет совсем в разрез со всем тем, что должно было быть...»

«…Если сюда ехать жить, то надо понимать, что здесь есть некоторые моменты, с которыми придется мириться. Например, погода здесь очень жаркая, как правило. И круглогодично. То есть не 25, а, например, 31. И очень большая влажность...»

«…Для русского человека здесь жарко. И твой организм находится все время в состоянии небольшого праздника: «А не выпить ли нам бокал вина на завтрак?» И это как бы здесь работает. Самое важное, что нужно знать, что классно сюда приехать помечтать, но чтобы здесь работать, нужно прилагать особенные усилия...»

Расшифровка стенограммы

Катя Трина Пал (автор и ведущая канала "Осознанная релокация"): Итак, здравствуйте, Леонид. Очень рада Вас видеть здесь, на Бали. Сколько Вы здесь уже живете? И как Вас представить?

Леонид (основатель S.O.U.L. family Ubud, на Бали с 2022 года): Я живу месяцев 8 примерно. Мы сюда перенесли концепцию поселка-сообщества, которое мы делали в Подмосковье. И оказалось, что людям, которые переезжают сейчас на Бали, это очень нужно. Мы делаем сообщество осознанных уникальных людей – проект S.O.U.L. family Ubud.

Катя: S.O.U.L., то есть осознанных уникальных людей?

Леонид: Да.

Катя: Что это такое? Расскажите подробнее. Что это за уникальные люди такие?

Леонид: Это люди, которых хочется обнять, с которыми хочется взаимодействовать, с которыми радостно. Это очень разные люди. У нас есть и предприниматели, и творческие люди. У нас сейчас порядка 30 сооснователей этого проекта. Мы это делаем как комьюнити. Это не столько проект, сколько… У нас в первую очередь сообщество людей, которые нам очень нравятся, которые как бы богатые изнутри и которым есть чем поделиться с другими.

Катя: Расскажите феномен того, что Бали так сильно отличается от всего остального и от другой Индонезии? Как он произошел?

Леонид: Сложно сказать, как он произошел. Наверное, это какая-то особая культура. Когда пришло мусульманство в Индонезию, мусульмане агрессивно очень захватывали страны, и в том числе захватили Индонезию. И определенное количество людей, в том числе короли, королевские семьи и их духовность, их религия, они не стали мириться с этим и ушли на Бали. Эти короли со своим всем хозяйством, со всеми своими людьми, со своей религией. Они перешли сюда.

Они называют себя индуистами, хотя… Я очень глубоко интересуюсь религиями. И я изучал индуизм классический. Это выглядит как индуизм, но на самом деле это не индуизм, конечно же. Это какая-то своя религия. Они говорят, что у них тоже есть Брама, Вишну, Шива. У них есть эти все культы богов. У них есть все то же самое. У них есть похожее представление о карме, о причинно-следственных связях, о перерождениях, еще о чем-то, о боге. То есть у них похожие слова, но они делают это все совершенно иным образом, по сравнению с классическими индийскими индуистами. И не очень похоже на индуистов.

Я изучал индуизм в Индии. Ездил по храмам, и смотрел на разные их секты, течения, общался с браминами. Это совершенно другой индуизм. Он какой-то свой, очень аутентичный, а главное - очень настоящий. И это, наверное, сильно отличает от индуизма индийского. Здесь каждый первый священник настоящий. Как мы ищем настоящих старцев, например, в православной церкви: те, кто сияет. Здесь, конечно, не каждый первый священник такой, но они все очень светлые и сияющие.

Они делают молитвенные храмы везде: в полях, в кафешечках. Везде они ставят микро алтарчики. Они называют это храмами. И эти храмы все настоящие, они все намоленные по-настоящему. У нас не в каждом православном храме такая атмосфера, далеко не в каждом, в редком даже, я бы сказал. А здесь каждый этот маленький храмчик сияет.

То есть у них религия очень настоящая, очень сердечная, очень сияющая. И все, кто ее практикуют, они практикуют по-настоящему. Поэтому возникает какое-то резонансное поле вокруг Бали, вокруг этих людей.

Они же исходно были не индуистами. Индуизм как-то пришел. Они как-то решили: «О’кей. Мы женимся с индуизмом». И они поженились, взяли какую-то философию индуизма, и посадили поверх своей религии, которая уже была. Она была больше похожа на какой-то искренний высокий шаманизм, я бы это назвал.

Они общаются с духами природы. Они общаются с богами, с духами. У них очень много праздников, которые славят духов. У них есть Галунган и Кунинган - праздники, когда все духи открываются, приходят на землю. И они 2 недели с ними взаимодействуют. 2 недели никто не работает. Взаимодействие с духами - в индуизме нет такого. Это какой-то исконный шаманизм массовый, который тут всегда был. И он поженился с индуизмом в некоторых моментах. Когда точно это было – я не скажу, я не знаю.

***

Катя: Итак, Лена, очень рада тебя видеть. Мы на Бали. Правильно БАли говорить?

Елена (основатель бюро спикеров Hubspeakers, на Бали с 2022 года): Да.

Катя: Отлично. Сколько ты здесь уже живешь?

Елена: С декабря месяца 2022 года.

Катя: Что привело тебя сюда?

Елена: Все, как в моей жизни, спонтанно, случайно. Пришел заказ с острова Бали на спикера. Поскольку я занимаюсь спикерами уже 10 лет. Я подбираю, и моя команда подбирает спикеров для Казахстана, России и других стран. И тут приходит запрос на спикеров для русскоязычной аудитории, которая переехала из России на Бали. И я подумала: «Ага, это знак». И приехала сюда. И открыла компанию свою в итоге.

Катя: Открыла уже когда переехала?

Елена: Да.

Катя: Это очень интересно. То есть сообщество здесь настолько большое, что уже требуются спикеры для достаточно крупных событий?

Елена: Да. Раньше люди приезжали сюда отдохнуть в отпуск, на зимовку. Сейчас люди приезжают сюда на долгое время, на проживание более длительное. Это год, 2, 3, 5 лет. И им нужно как-то подпитывать свой интеллектуальный голод. Раньше только развлекательные были форматы: стендапы, театр, Вера Полозкова, поэтесса, приезжала сюда. А сейчас нужны бизнес-тренинги, бизнес-туры - все, что касается личностного развития. Конечно, начало СВО добавило сюда этот запрос, когда люди стали массово переезжать.

Катя: А сколько примерно русскоязычного населения на Бали?

Елена: СМИ здесь пишут: «Около 70 000 человек».

Катя: 70 000. И какие-нибудь у тебя есть данные за последнее время?

Елена: Сколько уехало и приехало?

Катя: Да. Это число увеличилось вдвое или втрое? Условно, год назад было.

Елена: Было 40, насколько я знаю.

Катя: Расскажи про свои любимые места.

Елена: Здесь есть вулканы, на которые у меня муж 2 раза поднимался. Но это очень тяжело физически. Я уже поднималась на гору Моисея в Египте. Мне хватило. Но сюда люди приезжают именно подняться на вулкан с намерением загадать желание, чтобы это преодоление было не зря. И с первого раза они даже не поднялись, потому что настолько было тяжело.

Здесь очень красивые есть пляжи. Потрясающие. С черным песком блестящим. Просто невероятное чудо природы, я считаю.

Здесь есть город Убуд, в котором очень много зелени. Он весь утопает в зелени и в рисовых полях. Очень классно там тоже погулять.

Есть на севере острова национальный парк, куда приезжаешь и можно целый день провести, и покупаться. Там как раз лес и обезьяны. И черные обезьяны есть. И кабанчики. И оленя мы видели там. Природа суперская, конечно.

***

Петр (владелец бургерной Sport & Choo’s, на Бали с 2022 года): Обратил внимание здесь в первый раз на такую шкалу, как ультрафиолетовый индекс. Никогда не обращал внимания, потому что в Новосибирске он всегда 0-1. А тут все знают, что на Бали очень легко обгореть. Даже обгорев вчера можно сегодня снова обгореть снова. Очень опасные солнечные лучи. Как оказалось просто УФ-индекс около 12, по-моему. А все, что выше 8 - лучше на улицу не выходить. Днем, условно в 2 часа дня, когда солнце в зените, люди все равно находятся на улице.

Катя: Этот параметр меняется в течении дня? А между днями он тоже меняется?

Петр: Бывает до 8 только поднимается или до 6, например. Но всегда выше, чем 1.

Катя: То есть можно посмотреть какой ультрафиолетовый индекс будет на следующей неделе? Или нет?

Петр: Это можно сделать. Но нужно знать, что днем лучше одеть куртку отражающую с рукавом.

***

Елена: Самое главное, в чем здесь проблема, наверное, для большинства людей, которые приезжают с детьми, - негде ходить с колясками. Вы, наверное, заметили, что здесь дороги без тротуаров.

Катя: Да. Здесь тротуара нет.

Елена: Поэтому когда я сижу в Убуде где-то в кафе или в каком-то другом месте, мне просто забавно наблюдать, как папа берет коляску на себя и несет над головой, чтобы перейти на какой-то тротуар небольшой. Поэтому, конечно, с колясками здесь проблема. У нас есть переноска специальная, даже несколько видов. На юге острова есть где гулять с колясками, там огромная часть типа парка с лесом красивым. И очень много туда приезжает людей с детьми и гуляют.

***

Катя: А правду говорят, что стиральных машин в домах нет?

Евгения (ресторанный консультант, на Бали с 2022 года): Потому что здесь очень плохая вода. Здесь грунтовая вода. Она не идет из фильтров, она идет просто из земли. От нее выпадают волосы. И невозможно поставить посудомоечную машину или стиральную машину. Поспрашивайте. Здесь у всех выпадают волосы.

Катя: Какой ужас. А на какой день? Я здесь на 4 дня.

Евгения: Нет, месяцок надо пожить. Всего на 4 дня на Бали? Нет, нормально.

Катя: Уеду с волосами?

Евгения: Поэтому чтобы поставить стиральную машину, тебе нужно специально поставить фильтр. Фильтр будет стоит денег. Обслуживание фильтра – тоже денег. Многие ставят, кто долго здесь живет, они заморачиваются. Я понимаю почему. Потому что прачки портят тебе вещи. И ты в какой-то момент начинаешь относиться к одежде очень легко. Мне кажется, мой почти гардероб, состоит из черное одежды. Сегодня я одела одно из немногих неиспорченных платьев. Детскую одежду портят. Здесь не отстирывается ничего. И все у тебя в пятнах. И очень часто потом приходит в дырочках таких маленьких. Наверное, от сушилок. Чтобы поставить посудомоечную машину - та же история: тебе нужно поставить фильтры и потом ставить посудомоечную машину.

Социализация

Катя: Что происходит в русскоязычном комьюнити? Здесь есть какое-то комьюнити? Вокруг чего оно тусуется? Что происходит интересного?

Евгения (психолог, координатор проектов, на Бали с 2020 года): Я бы сказала, основная масса – это люди, у которых есть какой-то онлайн-бизнес. И что-то так или иначе связанное с какими-то образовательными историями. Здесь костяк такой есть.

Конечно, есть огромное количество тех, кто приезжает сюда за поиском себя, своего какого-то восприятия, понимания духовности, практик. И это тоже отдельное комьюнити. И они не всегда пересекаются между собой, потому что немножко разные.

Вообще-то любой человек, который приезжает на Бали, так или иначе либо уже заинтересован, либо достаточно быстро становится заинтересован в том, а что же есть в этом мире, помимо материального. И начинается какое-то более глубокое понимание себя, познавание себя и так далее. Говорят, реально здесь какое-то особенное место на земле, когда оголяются процессы внутренние. И у человека возникает больший интерес к экзистенциальным вопросам, к каким-то новым способам понимания себя. Это всех касается. При этом есть люди, которые едут сюда, чтобы медитировать, в храмы ходить, чему-то обучаться и так далее. Они не всегда про одно и то же, скажем так.

В остальном, конечно, большая часть людей приезжает с детьми. И в этом смысле большая часть комьюнити крутится вокруг детей. Здесь есть и балет, и футбол, и чего только нет. Разные всякие кружки, секции, школы. Здесь с этим нет сложностей. Частные садики - не частные садики. Все хорошо. И люди примыкают друг к другу по принципу, с кем детишки дружат и так далее.

Плюс есть еще одна категория людей, которые приезжают в поисках себя. У них нет какого-то своего дела, и они пытаются найти что-то здесь. Таких очень много. Тоже кластер людей, я бы сказала. С чем лично я столкнулась, достаточно сложно найти своих, определенного уровня людей с определенными какими-то внутренними качествами, которые бы позволяли людям свою какую-то следующего уровня духовность прокачивать. Но при этом и жизнь материальную не забывать и какие-то бизнес-вопросы решать, как-то договоренности выполнять. Потому что история: «Ах, это Бали. Это норма». Понятно. То есть есть нюансы. «У меня отклик сегодня другой, и поэтому я вдруг поняла, что мне так не надо». «Ладно». Вначале это вызывает жуткое сопротивление. Со временем к этому уже спокойней относишься и думаешь: «Понятно, о’кей». Поэтому, конечно, когда люди находят своих, они держатся в этом пространстве и общаются, я бы сказала, в узком кругу на самом деле.

***

Елена: Здесь есть порядка 30 топовых чатов: чаты для мамочек, чат по поиску жилья, чат ивентов, которые происходят на Бали, чат по ресторанам и для гедонистов в общем, и так далее. Много чатов разных. И все время кто-то норовит тебя добавить в новый чат, потому что владельцы больших чатов не разрешают часто публиковать какие-то анонсы или рекламные объявления. И приходится делать свое мини-сообщество.

Катя: У тебя какой любимый чат?

Елена: Честно говоря, я не очень сижу в чатах. Потому что очень много времени на это уходит. Я люблю общаться точечно с людьми и узнавать что - как. И через людей уже получаю информацию.

Катя: Ты, я так понимаю, здесь ивенты делаешь. Это люди, которых ты уже знаешь лично?

Елена: Да. Есть еще чат хороший, в который сложно попасть (он закрытый) – называется «Смена Бали». Есть сообщество «Станция Смена» называется. Они в разных локациях арендуют виллу либо дом и делают двухнедельный bootcamp – выезд удаленщиков разных абсолютно. У них корпоративные есть программы, есть просто где люди приезжают незнакомые и тусят 2 недели вместе, взаимоопыляются, у них какие-то совместные ужины, совместные программы. Эдесь уже больше 5 лет этот чат. Я как раз оттуда приглашаю людей и общаюсь с ребятами, которые, я знаю, адекватные. То есть фильтр некий прошли, и с ними можно общаться.

***

Евгения: Например, выхожу из дома, еду по делам. Куда? Неважно. На парковке сосед: «Hellow, How are you?». «Отлично, здорово, все классно». «А куда ты едешь?» – говорит. Я говорю: «По делам». «А что за дела?» Я говорю: «Встреча». « А с кем?» Да что за допрос какой-то? А у них это проявление дружелюбности, и это нормально. В этом нет ничего сверхъестественного. Они просто поддерживают разговор, общаются. И когда ты это понимаешь, становится очень спокойно.

А так как я москвичка, я вообще не разговариваю на улицах с незнакомыми людьми. И точка. Это норма моей жизни. А здесь - нет. А здесь вот такое. «Понятно, о’кей. Ладно, хорошо». Какая-то такая гибкость для меня – это, честно, было сложно. Это поражало.

Катя: Но за 3 года получилось? Разговариваешь теперь на улицах с незнакомыми людьми?

Евгения: Да, вообще спокойно. Абсолютно.

***

Петр: Так как у меня все сотрудники в заведении местные, я много с ними общаюсь. Я на стройке тоже общался с большим количеством строителей, также там другие подрядчики. В общем я за эти полгода общался с очень большим количеством индонезийцев. И все они очень много помогают безвозмездно, типа открыты к помощи прямо сейчас. Если коротко охарактеризовать – это все очень приятно и неожиданно всегда.

Катя: То есть они делают что-то не из своих рабочих обязанностей?

Петр: Именно так. Вот я пришел в кофейню, и задал вопрос. Стоял бариста, я говорю: «Очень классная у тебя бумага для печенья или для-то десертов, которые ты продаешь. Подскажи, пожалуйста, контакт. Кто это сделает?» Он говорит: «Я сделаю тебе». И сделал. Через 3 дня мне организовал. Я не знаю, как он это сделал. Я не знаю, где он это сделал. Это стоило дешево. Не было никакого подвоха. Я потом сталкивался с подобной штукой и еще с другими людьми.И это также прекрасно работает. И ты со временем тоже начинаешь немножко расслабляться, отпускать и быть действительно нацеленным на то, чтобы хотеть кому-то помочь. В простых каких-то моментах, в других делах.

Бали – это как в детство переместить. Сами балийцы немножко не собраны, рассеяны, также как, не знаю, подростки. Примерно такие даже взрослые иногда. Примерно также, как от подростка любого, от них можно ожидать чего-то, что идет совсем в разрез со всем тем, что должно было быть. Это очень хорошо и круто. Мне очень нравится.

Особенности национальной кухни

Елена: Здесь очень много варунгов. Варунги – это местные столовые-кафе, где ты можешь поесть. Рис взять упакованный. Местные продают. От 20 рублей и до бесконечности. Средний чек в кафе - 30 долларов, если один раз покушать на двоих. Но нам хотелось именно самим готовить, потому что мы 2 месяца ели за пределами дома, и хотелось уже домашнего.

Катя: Уже хотелось своего.

Елена: Плюс я еще заметила. Во-первых, мы несколько раз отравились. Это тоже стоит учитывать. Здесь вообще какая-то есть инфекция кишечная. Особенно приезжие страдают, когда непривычная еда, не всегда она прожаренная и пропаренная на 100%. Могут быть какие-то последствия потом. И я хотела контролировать этот процесс сама.

Катя: Понятно. Раз уже заговорили о еде, ты рассказывала, что скучаешь по привычной российской еде. Чего здесь не хватает?

Елена: Здесь не хватает молочных продуктов совсем. Есть несколько компаний, в частности российские производства, которые продают молоко, сметану, масло, и сало туда же. Пельмени, сырники, творог. Но вкус абсолютно другой. Например, масло похоже больше на маргарин. Сметана имеет вкус какой-то несметанский. В общем, с молочкой здесь очень большие проблемы. У меня такое ощущение, что они добавляют туда сахар.

Балийцы везде добавляют очень много сахара. Куда вы ни придете, чай с сахаром, кофе с сахаром, молоко с сахаром. Вся продукция с огромным количеством сахара. И, конечно, натуральной молочки не хватает, молочной продукции.

Катя: А что, наоборот, радует?

Елена: Много фруктов. Много ананасов, бананов, которые стоят просто копейки. Мы за почти полгода уже устали их есть. Единственное, что мы не устаем есть, - это арбузы. Арбузы здесь очень дешево стоят. 50 рублей - один арбуз. И мы почти каждый день их едим. Делаем смузи, режем. В общем, арбузы здесь классные. Вот этого хватает.

***

Катя: Давай, конечно же, поговорим про еду. Что здесь едят? Чего много, а чего не хватает?

Евгения: Мы когда были в Турции и заговорили о том, что будем переезжать в Индонезию, на Бали, я немножко запереживала, потому что я вспомнила, что здесь, конечно, непросто с продуктами. Но мы приехали. И теперь на Бали есть все. Здесь сегодня утром я даже обнаружила, где можно по мановению волшебной палочки купить нерафинированное подсолнечное масло.

Катя: Ого. Потрясающе.

Евгения: Это был последний бастион, который не был сломлен до сегодняшнего утра. Есть и селедка. Она стоит дорого, но она есть. И есть нерафинированное подсолнечное масло.

Катя: Фантастика.

Евгения: Это все, по чему я страдала. И семечки есть. Упаковка «Мартина» стоит 500 рублей. Бог с ним. То есть если прямо очень захочется…

Катя: То можно.

Евгения: Можно купить. Вот эти 3 вещи – это то, чего нет на Бали. Все остальное есть.

Катя: Но говорят, что сметана - не сметана, творог - не творог. Нет?

Евгения: Я вот сейчас тебе дам сметану. Она тебе понравится.

Катя: О, я с удовольствием. Мне интересно.

Евгения: Она 20%-я. У нас в холодильнике лежит. Я потом достану, тебе дам попробовать. Она как 20%-я хорошая сметана. Здесь творог нормальный, хороший. При этом тебе его доставят в течение часа. Либо он теперь продается практически во всех супермаркетах. Они недавно получили лицензию, ребята, и теперь торгуют в магазинах. Что еще? Гречка есть. Точно так же тебе ее либо привезут за 5 минут, либо ты можешь купить ее в магазине. Гречка, творог, сметана. Что еще не хватает?

Катя: Бородинский хлеб.

Евгения: Бородинский хлеб есть. Мы, правда, его не едим. Нас радует, что здесь есть отличный багет.

Катя: Да, потому что здесь французов много.

Евгения: Да. Здесь французы. Они открыли сеть пекарен шикарных. Есть американцы, которые открыли пекарни. Есть французы, кто открыл пекарни. У нас еще классный район: здесь есть отличное австралийское мясо. Сегодня ели стейки. Просто божественное мясо. Есть салаты, все есть овощи, фрукты.

Катя: Помидоры, огурцы можно есть?

Евгения: Есть нормальные помидоры, если ты готов платить.

Катя: Есть нормальные?

Евгения: Точно так же, как в России. Ты можешь покупать помидоры, как в «Пятерочке», а можешь заморочиться, доехать до нормального магазина и купить отличные помидоры.

Катя: То есть можно?

Евгения: Конечно. «Бакаш», «Элайф», еще как-то там магазин называется. Все есть.

Катя: А маленькие огурчики?

Евгения: И маленькие огурчики есть. Даже у меня в холодильнике лежат отличные маленькие огурчики. Главное здесь на Бали просто нет гида. Потому что те, кто живет давно, боятся делиться своими знаниями с теми, кто приехал вчера. Те, кто приехал вчера, им, конечно, ничего не хватает. Им тяжело: не найти памперсы, не найти смесь, не найти это, не найти то. Огурчиков нет вкусных, еще что-то. Это просто занимает какое-то время. Я, например, когда мы встречаем кого-то новенького, все рассказываю.

Катя: А почему боятся? Жалко?

Евгения: Потому что здесь сложно жить. И многим людям, кто живет на Бали давно, кажется, что все новенькие должны пройти через тот же набор.

Катя: Помучиться должны, да.

Евгения: Да. Чтобы остров принял. Есть вот такое выражение: «Чтобы остров принял». Ты на это смотришь, думаешь: «Нет». Потому что свои, те, кому пришлось это все по духу, они останутся. Все остальные просто уедут. Так мне кажется.

Поэтому с продуктами здесь все хорошо. С ресторанами здесь сложнее. Здесь есть, наверное, штук 20 хороших ресторанов, куда я бы ходила с удовольствием и хожу. В местные варунги я не хожу, честно. Мой муж ходит, а я нет совсем. Просто мне слишком много monosodium, слишком много сахара. У них даже соевый соус местный с сахаром. Я съем этого, и потом мне очень пару-тройку дней просто тяжело есть нормальную еду, потому что все кажется невкусным. Потому что твори рецепторы тут же перегружаются. Мне нравится готовить дома. Мне проще, я как бы контролирую.

Катя: А вообще что едят? Что есть индонезийская, вернее, балийская кухня? Есть что-то?

Евгения: Балийская… Например, Баби гулинг. Индонезия вообще мусульманская страна. А Бали - не мусульманский остров. Хотя здесь достаточно большой процент мусульман. Мне кажется, процентов 30 – 40 точно есть. Но при этом на Бали разводят свиней и едят свинину. Что огромная редкость. И здесь очень много есть местных варунгов, которые специализируются исключительно на молочных поросятах. Они запекают на вертеле этих поросят. У них такая становится стеклянная корочка. Они его разделывают. И сделали один день этого поросенка и одного поросенка в этот день продают. Его нарезаю кусочками и подают с местными самбалами (острыми штуками) и с рисом. Это очень вкусно. Слишком остро иногда, но очень-очень вкусно. Это местное блюдо.

Также здесь делают утку. Здесь очень много рисовых полей. Уток используют для того, чтобы они съедали всяких жучков, червячков. Поэтому утка является специализированным блюдом, особенно в Убуде. Если поедете туда - попробуйте. В основном ее, конечно, делают во фритюре.

Здесь очень много используется фритюра. Я для себя решила, что это потому, что очень жарко. И это единственный способ убить все живое внутри. Если покупать не в европейских супермаркетах мясо, оно всегда с душком.

Катя: Потому что чуть-чуть полежало, и уже...

Евгения: Оно чуть-чуть полежало. Здесь все время плюс 30°. Иногда ты едешь по дороге, и на улице в пять часов вечера он выставляет свой столик, и у него курочка лежит. Я на него смотрю и думаю: «Сейчас же кто-то это будет есть». Поэтому фритюр везде и всегда – все умирает. Фритюр они любят, конечно. По обочинам улицы очень много продается а-ля KFC курицы во фритюре, в таком…

Катя: Панко.

Евгения: Панко, да. Разного вида. У каждого свой рецепт. Стоит это копейки. Дома они готовят мало. У них очень много поеданий еды происходит вне дома. Поэтому здесь культ еды вне дома, он мегаразвит. 2 раза в день по местной статистике они едят вне дома. Обычно это банановый лист, там рис, какой-то кусочек мяса и какая-то адская специя, которая тоже, мне кажется, убивает все живое. И все это стоит там типа 50 рублей. Продается везде.

Катя: А очень остро здесь?

Евгения: Мегаостро. Для меня прямо местная острота, балийская острота – я еще терпимая. А вот то, что ближе к индонезийской, это, конечно, что-то просто мозговзрывательное. Мне кажется иногда, что я привыкла. Но нет. Абсолютно нет.

Если говорить про рестораны, сейчас на Бали открывается порядка, наверное, 25, даже 30 русских проектов. Русские рестораторы. Кто-то с суперопытом, кто-то вообще без опыта.

Катя: Одновременно 35?

Евгения: Около 30 точно.

Катя: Потрясающе.

Евгения: От маленьких кофе-точек, заканчивая какими-то большими ресторанами, которые строятся.

Катя: Это уже открылись или открываются в процессе?

Евгения: Нет. Это сейчас в процессе. Улувату, Семиньяк, Чангу, Переренан, Убуд, Кинтамани.

Катя: Это места, где…

Евгения: Это районы Бали. Мы сейчас с вами находимся в Чангу. Но только в Умаласе 3 проекта открывается русских. Это маленькая деревня, из трех дорог состоящая. Дальше в Чангу, по-моему, 7 сейчас объектов. Все разом. Посмотрим, что из этого выйдет.

Мне кажется, что будет вкуснее, потому что все-таки самая большая проблема русских на Бали – это то, что нам везде невкусно. Потому что мы избалованы Москвой, Санкт-Петербургом, избалованы хорошим сервисом, вниманием к деталям, вниманием к ингредиентам в тарелке. Здесь с этим тяжело.

Наверное, самая большая проблема – это персонал. У них достаточно пониженный уровень тревожности. У них другие ценности. На первом месте - религия, на втором - семья, на третьем - друзья, а на четвертом уже все остальное. Если все эти 3 потребности закрыты, то работа – это уже такой побочный эффект. Особенно если они молодые, лет 20, они живут с семьей - не нужно платить за жилье, за еду. Все должно быть классно, в кайф. Если на тебя кто-нибудь накричит, неуважительно к тебе отнесется из твоих работодателей, люди просто встают и уходят, и не возвращаются. Им даже не нужна зарплата. Конечно, посмотрим, что выйдет.

Итого

Елена: Что я хочу от себя сказать? Если сюда ехать жить, то надо понимать, что здесь есть некоторые моменты, с которыми придется мириться. Например, погода здесь очень жаркая, как правило. Круглогодично. То есть не 25, а, например, 31. И очень большая влажность. Иногда невозможно работать в этой атмосфере. Поэтому нужно изначально рассчитывать, закладывать бюджет на коворкинги, на кафе, закрытые с кондиционерами.

***

Евгения: Я бы, наверное, добавила пару слов про то, насколько это необычное место. Это нормально, когда возникает какое-то такое ощущение, что я не понимаю, что здесь со мной происходит. Это случается со всеми, просто в разное время. Но этот момент, когда внутренние какие-то процессы запускаются, начинают сильно влиять на жизнь, на все происходящее вокруг, - это норма здесь. И люди, которые не в курсе, куда они попали, по разным причинам, почему-то так случилось… Правда, часто бывает.

Я сама не знала, что здесь это так. Я вообще без задней мысли приехала. И потом вдруг, бам - что-то начинает происходить. Все поднимается, накрывает. В общем, разные процессы. Почему? Когда общаешься с тем, кто уже здесь живет, они говорят: «Это нормально». То есть не бояться этого. А когда принимаешь эти процессы, они быстрее приходят. Им позволяют соответственно пройти. Здесь пространство очень говорящее. И оно поддерживает того, кто не сопротивляется. Как только начинаешь сопротивляться, есть такая история, что остров выпинывает, выпихивает разными всякими способами и создает препятствия. И если выдыхаем и просто принимаем все то, что происходит вокруг, оно происходит очень как-то органично, мягко, гладко, ровно.

***

Евгения: Как мне кажется, Бали – это такой остров мечтателей. Сюда очень многие приезжают мечтать. Здесь очень вдохновляет какая-то околоэзотерическая атмосфера. Очень многим людям кажется, что здесь они точно откроют свой маленький свечной заводик и начнут срочно делать купальники, еще какую-нибудь интересную вещь. Но на Бали нужен минимум бюджет 3 месяца. У тебя должно быть 3 месяца на жилье,3 месяца на еду, на визы, на развлечения, чтобы все объездить, посмотреть. И вот за эти 3 месяца остров либо тебя принимает (а на самом деле это ты либо принимаешь остров со всеми его сложностями), либо остров не принимает. И ты тогда уезжаешь.

Катя: Нет. И тогда тебе нужно снова денег еще на 3 месяца где-нибудь еще.

Евгения: Да. По-другому здесь не работает, потому что нет возможности приехать на Бали, и чтобы сразу все было шикарно, еще тебе работу дали. Я знаю такие экземпляры, которые приехали сюда и впахивают, как в Москве. И я на них все время смотрю, думаю: «Нифига себе». Но так не работает для 90% людей, потому что здесь жарко.

Для русского человека здесь жарко. И твой организм находится все время в состоянии небольшого праздника: «А не выпить ли нам бокал вина на завтрак?» И это здесь это работает. Потому что жарко. Плюс 30° у тебя все время. И чтобы работать, я, например, езжу в коворкинг, где +18°. И ты оттуда выходишь – у тебя промерзли ноги насквозь, но при этом очень продуктивно.

Мне кажется, самое важное, что нужно знать, что классно сюда приехать помечтать, но чтобы здесь работать, нужно прилагать особенные усилия. Потому что здесь ничего не происходит само по себе никогда. Намерения здесь недостаточно. Чтобы тебе привезли траву, цветы, тебе нужно будет поехать, договориться, напомнить, написать, сделать, напомнить, потом позвонить, потом проконтролировать, а потом еще раз проконтролировать. А потом, скорее всего, еще раз поехать и что-то еще докупить. Это нормально. Здесь все равно какие-то плюсы перевешивают минусы. Здесь, мы, конечно, не ездим на закат каждый вечер, но иногда приедешь и думаешь: «Хорошо!»

***

Катя: Есть ли что-нибудь, что еще хочется сказать нашим слушателям, зрителям?

Петр: Я думал про это, и слышал несколько каких-то интервью, в которых говорят: «Ребята, если вы хотите открыть бизнес на Бали, не приезжайте и не открывайте». Я скажу: «Приезжайте, пожалуйста. Готов со всеми поделиться тем, что знаю. С огромным удовольствием. Со всеми хочу пообщаться, поделиться опытом». Уверен, что другой стороне тоже есть, что сказать. Поэтому приезжайте, открывайте. Прекрасное место, чтобы делать что-то.

Катя: Супер. Спасибо большое.

Докладчик
Александр Алексеев
Александр Алексеев Управляющий партнер GSL Law & Consulting
Бали, Индонезия. Жизнь на Бали. Социализация. Кухня Бали
00:00

Другие видео по теме
Индонезия

RU EN